Работа над ошибками в Минфине

Кто проиграет от налоговых изменений в нефтяной отрасли
19.09.2020
Юлия Титова

Планы Минфина существенно пересмотреть налоговые льготы в нефтяной отрасли больше всего скажутся на «Татнефти» и «Лукойле». Дополнительно более 100 млрд за три года в бюджет заплатит «Роснефть», но компания сможет частично компенсировать это за счет других льгот.


Фото LARRY W. SMITH / EPA / ТАСС

На этой неделе российское правительство одобрило повышение налоговой нагрузки для нефтяной отрасли, о чем 16 сентября после заседания кабмина объявил министр финансов Антон Силуанов. Речь идет об отмене льгот по налогу на добычу полезных ископаемых (НДПИ) для выработанных месторождений, участков с вязкой и сверхвязкой нефтью, а также «определенных льгот по экспортным пошлинам», которые получали зрелые месторождения.

Кроме того, Минфин предложил поменять параметры налога на дополнительный доход (НДД), чтобы «восстановить выпадающие доходы бюджета до уровня, о котором договаривались при введении режима», сказал Силуанов. К примеру, речь о запрете снижать налогооблагаемую базу более чем на 50% за счет учета исторических убытков (раньше можно было снизить до нуля), и ввести повышающие коэффициенты по отдельным группам месторождений. За счет этой меры бюджет может получить 200 млрд рублей за три года.

Всего, по оценке Силуанова, изменения в налогообложении нефтяников принесут бюджету дополнительные 290 млрд рублей в год.

Какие компании испытают на себе увеличение налогового бремени сильнее всего?

Группа пострадавших

  • В случае с изменениями по НДД, львиная доля из 200 млрд рублей за три года придется на «Роснефть». Компания может заплатить из них порядка 135 млрд рублей, подсчитал для Forbes директор группы корпоративных рейтингов НКР Александр Шураков. Этот подсчет основывается на том, что в 2019 году в бюджет в рамках уплаты НДД от четырех крупнейших нефтяных компаний - «Роснефти», «Лукойла», «Газпром нефти» и «Сургутнефтегаза» - поступило 139 млрд рублей. На «Роснефть» пришлось 96 млрд рублей или 69%, на остальных - примерно по 10%. Но «Роснефть» как минимум частично компенсирует эти потери за счет новой льготы по НДПИ для Приобского месторождения на 12 лет, напоминает «Коммерсантъ». Объем льгот составит по 46 млрд рублей в год.
  • От отмены льгот по вязкой нефти пострадают «Татнефть» - 11% всей добычи компании приходится на такой вид нефти, и «Лукойл» (7% добычи - вязкая нефть), сказал Forbes глава Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов. На то, что именно эти компании станут главными проигравшими от отмены этого вида льгот, указывает и заместитель руководителя Экономического департамента Института энергетики и финансов Сергей Кондратьев.

Ни одна из названных нефтяных компаний не ответила на запросы Forbes.

  • Такие изменения - это минус для всей отрасли, считает младший директор по корпоративным и суверенным рейтингам «Эксперт РА» Филипп Мурадян. Руководитель управления нефти и газа «ВТБ Капитал» Дмитрий Лукашов в своем отчете от 17 сентября написал, что весь нефтяной сектор поставлен на пересмотр. Дополнительные доходы в 290 млрд рублей, которые рассчитывает получить Минфин за счет пересмотра налоговой системы для нефтяных компаний, - это примерно 9,5% EBITDA и 57% свободного денежного потока российского нефтяного сектора в 2021 году при нефти по $46,5 за баррель (это базовый прогноз банка для Urals на 2021 год). В дальнейшем при стабильных ценах на нефть, если все меры Минфина будут реализованы, это «съест« почти 30% текущей рыночной капитализации шести нефтяных компаний, указывает Лукашов.

Почему Минфин ополчился на нефтяные налоги и льготы?

На самом заседании кабмина 16 сентября изменения в налоговой отрасли для нефтяников министр финансов Антон Силуанов объяснял тем, что правительство снижает налоговую нагрузку для IT-индустрии и малого и среднего бизнеса, но хочет «повысить отдачу от секторов, связанных с сырьевыми отраслями нашей экономики».

Чиновники правительства вот уже несколько лет выражали недовольство тем, что для нефтяных компаний в налоговом кодексе существует много исключений. Действующий режим налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ) напоминает лоскутное одеяло: еще в 2015 году замминистра энергетики Кирилл Молодцов говорил, что под льготы подпадает до 20% общего фонда месторождений (около 400).

В 2020 году, после смены кабинета министров и прихода на пост премьера бывшего главы ФНС Михаила Мишустина, в правительстве «по-новому взглянули на вопросы льгот», говорил в феврале в интервью РБК Антон Силуанов. Тогда же он рассказывал, что в Минфине создается специальный блок, который будет отслеживать, как нефтяные компании выполняют условия соглашений о предоставлении льгот. Нефтяные компании, получившие льготу, должны брать на себя обязательства по инвестициям в новые или действующие месторождения, подчеркивал тогда министр. «Если этого не происходит, льготы забирают. Не выполнил, до свидания - с льготой распрощался», - говорил он.

Отдельное недовольство Минфина вызывал и НДД. Исторически нефтяные налоги были привязаны к выручке и считались исходя из добычи и цен на нефть, объясняет старший директор группы по природным ресурсам в лондонском офисе рейтингового агентства Fitch Дмитрий Маринченко. Но эти налоги не учитывали издержки компаний - месторождения могут быть сложными с геологической точки зрения или выработанными. Чтобы исправить это, появились льготы на экспортную пошлину и НДПИ. Но эти послабления оказались недостаточно гибкими, и получение их зачастую зависело от лоббистского веса компаний, говорит аналитик.

Так и появилась концепция НДД. Налог вступил в силу в пилотном режиме в 2019 году и распространялся на четыре группы месторождений. Ставка НДД составила 50% c выручки от продажи нефти минус транспортные и другие операционные затраты, экспортная пошлина, НДПИ (он понижался при выплате НДД в среднем на 60%) и капитальные вложения. Кроме того, новый налог не взимался до тех пор, пока разработка новых месторождений не начнет полностью окупаться. Нефтяным компаниям можно было выбирать - применять НДПИ или перейти на новую систему. Многие компании поступали так - по проектам, где им выгодно, они сохраняли НДПИ, и, по большей части, это касалось выработанных месторождений Западной Сибири, а где это было невыгодно - вводился НДД, рассказывает Константин Симонов.

Уже летом 2019 года заместитель министра финансов Алексей Сазанов назвал введение НДД самой большой ошибкой за время его работы в ведомстве. Федеральный бюджет в 2019 году, по его расчетам, недополучил из-за НДД 213 млрд рублей. «Например, если будет вторая волна коронавируса, эти 213 миллиардов могли бы нам помочь простить налоги пострадавшим МСП за 2 квартала», - сказал он в интервью Reuters. «В 2017 году, когда мы обсуждали НДД, нам говорили - это очень правильный режим, вырастут инвестиции. Мы ввели его на 10% добычи, но инвестиции не увеличились ни на рубль. У топ-5 нефтяных компаний абсолютно никак не изменились инвестиции, разница - ноль. А вот дивиденды за это время выросли в два раза - на 500 млрд рублей», - возмущался он.

Источник: Forbes.ru

Читайте другие наши материалы