Избавиться от углеродного следа

Почему именно сейчас России нужна технология снижения выбросов СО2
26.05.2021
Дмитрий Снесарь

Беспрецедентно низкие ставки и огромный интерес инвестиционного и банковского сообществ к кредитованию ESG-проектов - уникальный момент, который может позволить изменить для многих компаний будущее. А возможно, не столько для компаний, сколько для каждого из нас.

С лета прошлого года Еврокомиссия обсуждает введение углеродного сбора на импорт товаров, который бы создал конкурентное преимущество для зарубежных компаний с невысокими выбросами парниковых газов. Подход Запада очень прагматичный: обсуждается только борьба с СО2, хотя список парниковых газов намного шире. Тем не менее сбор может затронуть значительную часть российского экспорта, по разным оценкам, предприятиям придется платить ЕС от 6 млрд до 50 млрд евро в год. Сбор в Европе должны будут платить те страны, у которых нет собственного сбора, а у России его пока нет.

Лучше заплатить в своей стране

Конечно, российские сырьевые товары отличаются довольно низкой себестоимостью, поэтому введение такого сбора существенным образом не сможет повлиять на потери российских производителей. И да, отечественным экспортерам нет никакой разницы, кому платить сбор за выбросы СО2 - внутри своей страны или за ее пределами, но с точки зрения индустриального развития России может оказаться, что лучше заплатить сбор государству, чтобы полученные средства были направлены на программу развития основных производственных средств конкретных предприятий или отрасли.

Отдавая деньги «на сторону», мы сами будем стимулировать инвестиции в производственные фонды компаний, находящиеся в государствах, и без того предоставляющих практически бесплатные кредиты для инвестиций в новые производственные фонды зеленой экономики. Правительство Германии, получив такого рода сбор от российских производителей, экспортирующих свою продукцию в Германию, не будет вкладывать эти средства во внутригерманские экологические инициативы и новые производственные мощности и уж никак не будет озабочено состоянием экологии или обновлением производственных мощностей в России. Поэтому в наших же с вами интересах сделать так, чтобы углеродный сбор уплачивался в России, получаемые средства направлялись в зеленую экономику.

Таким образом, введение у нас сбора на экспортные товары, которые будут подлежать СО2-сборам в странах-экспортерах, может стать вопросом 2022 г. В этом логическом заключении есть одно условие. России имеет смысл запускать такого рода программу, лишь если средства, уплаченные по данной программе в России, будут зачитываться в программах стран-экспортеров. Риск того, что так не будет, есть всегда, но при проведении определенной работы он может быть сведен к минимуму.

Конечно, задача трансграничного углеродного налога состоит в том, чтобы создать одинаковые условия для внутренних и внешних производителей, поэтому предлагаемый подход не сможет существовать длительное время, но с этого хотя бы можно начать.

Прежде всего бдительность

Принимая решения по снижению углеродного следа как на уровне страны, так и на уровне отдельных компаний, следует помнить, что мощнейший драйвер ESG-повестки сейчас - монетарная экспансия развитых стран. Никто не сомневается в том, что в случае глобального роста инфляции монетарная экспансия будет свернута и кредитные ставки вырастут, что существенно замедлит экологические инициативы, но сохранит общий вектор движения.

Планируя деятельность в отношении экологической повестки, важно помнить об этом и подходить к решению с четким экономическим расчетом. Инвестирование в зеленые технологии или производство не должно быть самоцелью: нужно учитывать, что в случае замедления денежной экспансии есть риск оказаться более дорогим производителем в своей индустрии. Важно оставаться в фарватере конкуренции и стремиться к «углеродному следу не хуже, чем у конкурентов». «Отстающие» компании будут получать счета за углеродный след, а вот компании, опережающие индустриальные тренды, скорее всего, не получат никаких фискальных плюсов, которые бы превысили стоимость затрат в моменте.

Не будем забывать и о том, что не существует единого технологического стандарта будущего. Не все страны согласились даже с классификацией того, какой источник энергии является зеленым. Например, в ЕС нет единой позиции в отношении атомной энергии: Германия не считает атомную энергию экологически чистой, а Франция, наоборот, считает ее зеленой. И в этом вопросе не обходится без политики, как в ситуации вокруг Белорусской АЭС и инициированной прибалтийскими странами дискуссии о «грязном» электричестве от Минска.

Спасти мир от углерода

Кто же или что спасет мир от пресловутого СО2? ЕС верит в водород. И самое удивительное здесь то, что с научной точки зрения ничего принципиально нового никто не предлагает. С детства я помню реплику «Вода - уголь будущего» из романа 1875 г. «Таинственный остров» Жюля Верна. Речь в диалоге героев шла об электролизе, который открыли в начале XIX в.

Вспомним, что закон сохранения энергии говорит, что на расщепление воды на водород и кислород понадобится столько же энергии, сколько выделится при преобразовании кислорода и водорода в воду. Все, конечно, немного сложнее, но в школе на свой вопрос, почему мы не используем воду в качестве топлива, я получил вот такой ответ.

Так в чем же тогда альтернатива углеводородам? В случае с «зеленым» водородом (полученным из воды с использованием электричества, полученного из солнца или ветра) альтернативы, собственно говоря, нет. По сути, в данном случае водород - это альтернативный способ хранения и передачи энергии. «Синий» водород - водород, полученный посредством нагрева природного газа с выделением, улавливанием и хранением СО2.

В данном случае мы для производства используем тот же самый углеводород, и вопрос с экологией вроде бы и решен, но на самом деле вопрос с СО2 в данном случае нужно будет решать следующим поколениям. «Серый» водород - производство аналогично «синему» водороду, но без улавливания СО2. Здесь вопрос экологии остается открытым. И наконец, «бирюзовый» - полученный методом термического разложения метана, пиролиза.

Экспериментальные установки пиролиза метана существуют, ученые уверяют, что проблем с СО2 здесь можно избежать, но промышленных образцов пока нет. Становится ясно, что не все так просто и однозначно с точки зрения углеродного следа. Еще менее очевиден следующий технологический шаг. Да, водород является источником энергии, но означает ли это, что в каждом доме или автомобиле будет стоять оборудование для конвертации энергии в электричество или кинетическую энергию? Ответа на этот вопрос сейчас нет ни у кого.

Компании берут на себя обязательства по достижению углеродной нейтральности к 2050 г. Важно понимать, что сегодня доступных коммерческих технологий для достижения этой цели не существует, мы лишь надеемся, что они появятся в будущем.

Ясно одно: если в вашей индустрии есть технология, которая сможет помочь хотя бы снизить углеродный след предприятия уже сейчас, а финансовые расчеты подтверждают целесообразность внедрения этой технологии, то на фоне беспрецедентно низких ставок и огромного интереса инвестиционного и банковского сообществ к кредитованию ESG-проектов наступил правильный и, возможно, последний момент для реализации инициативы.

Источник: Ведомости

Читайте другие наши материалы